2 августа в России отмечают 95-ю годовщину образования ВДВ. Ноябрянин Андрей Ткаченко считает службу лучшей школой в жизни.
По словам древнегреческого философа Гераклита Эфесского, характер определяет судьбу. И эта фраза в полной мере относится к ноябрянину Андрею Ткаченко. Наш герой родился в небольшом городке Конотоп Сумской области УССР. Уже в раннем детстве мальчик понял, что значит отвечать за других и как важно в жизни проявлять волю в достижении цели. Андрей вместе с младшим братом Валерием рано остался без отца. Чтобы семья жила в достатке, мама трудилась на двух работах, и в начале 80-х годов прошлого столетия она с детьми перебралась на Ямал и устроилась бухгалтером в управлении материально-технического снабжения градообразующего предприятия «Ноябрьскнефтегаз».
- Жизнь научила меня, что никто со стороны, как говорится за красивые глаза, не принесет ничего на блюдечке с голубой каемочкой, - поясняет Андрей Борисович. - Несмотря на хорошие результаты по предметам, после окончания в 1987 году шестой школы Ноябрьска о поступлении в институт не думал. Сразу устроился на стройку плотником-бетонщиком. Все, что зарабатывал, отдавал маме. Затем от военкомата поехал в Ишим, где на курсах ДОСААФ отучился на водителя грузовой машины. Параллельно с этим вместе с другими курсантами воспользовался бесплатной возможностью и совершил три прыжка с Ан-2, за что получил третий разряд по парашютному спорту. Перед призывом своеобразным триггером для меня явился фильм «В зоне особого внимания» с Борисом Галкиным и Михаем Волонтиром в главных ролях. Они стали для меня примером для подражания, и поэтому каждую свободную минуту я бежал к турнику, готовился как физически, так и морально. Хотел поступить в Рязанское высшее воздушно-десантное командное училище (но это так и осталось в мечтах). Потом была призывная комиссия в ноябрьском военкомате, где врачи присвоили мне самую высокую группу здоровья. В ноябре 1988 года на тюменском сборном пункте призывник Андрей Ткаченко провел пять суток, пока не приехали «покупатели» – так называют на армейском сленге представителей различных родов войск, которые отбирают новобранцев для своих воинских частей. Старший офицер, прибывший с Дальнего Востока, выбрал несколько десятков ребят с водительскими правами, в их числе оказался и ноябрьский паренек. Призывников погрузили в отдельный вагон, прицепили к пассажирскому составу и через неделю они приехали на станцию Магдагачи в Амурской области, где в таежной глуши дислоцировалась 13-я отдельная десантно-штурмовая бригада.
Ни о каких личных сотовых телефонах в те годы солдаты не могли и мечтать. Были только письма. Родные Ткаченко узнали о его местонахождении где-то через полмесяца после того, как получили от него весточку. После обязательного карантина начался курс молодого бойца: ребята маршировали, преодолевали полосу препятствий, укладывали парашюты, совершали ежедневную десятикилометровую пробежку. Затем была присяга и начались обычные солдатские будни: в шесть утра подъем, кросс, стрельбы, занятия по рукопашному боя, освоению военной техники. Отцы-командиры долго готовили вновь прибывших к первому прыжку – учили группироваться при падении, правильно падать – на бок, иначе автомат может ударить в лицо. Потом прыгали с так называемого «крокодила»: тренажера высотой с пятиэтажный дом.
Особенно запомнился Андрею первый в его жизни 20-километровый армейский марш-бросок. День, предшествующий этому событию, был самым обычным, ничем не выделяющимся среди других: такие же занятия, завтрак, обед и ужин по распорядку, вечерняя поверка и отбой в 22.00. А вот ночью роту подняли по тревоге: личный состав носился по казарме, получал снаряжение и оружие. Наконец колонна вышла за ворота части, и по приказу командира все тронулись с места.
- Первые километры были еще терпимы: все бежали ровно и старались не растягиваться, - вспоминает Андрей Ткаченко. - Потом начались проблемы, так как в силу своей неопытности многие из нас не слишком аккуратно намотали портянки и подогнали амуницию: лямки вещмешка резали плечи, штык-нож, саперная лопатка, фляжка, оружие при каждом шаге били по разным частям тела. Мне начало казаться, что время вокруг остановилось. Со всех сторон раздавался только топот ног, звяканье железа, тяжелое дыхание ребят, а незнание маршрута и конечного пункта назначения действовало, мягко говоря, угнетающе. Рассвет застал нас выжатыми до предела. Привал пролетел как одно мгновение, и вот уже вновь звучит приказ, рота развернулась и также бегом двинулась в обратный путь до казармы.
Еще один случай из армейских будней рядового Ткаченко: летом 1989-го прошли совместные учения воинских подразделений СССР и Китая. Десантники прыгали с самолетов и вертолетов различных модификаций, наземный транспорт разворачивался в районе государственной границы в 100-километровой демилитаризованной зоне. По словам ноябрянина, при выполнении поставленной командованием задачи он загнал машину ГАЗ-66 с прицепленной сзади 76-мм горной пушкой образца 1936 года в грузовой отсек многоцелевого МИ-6. Потом его вместе с отделением доставили на место проведения операции. Эта точка оказалась в такой непролазной таежной глуши, что выбраться в расположение своей части они смогли только благодаря внедорожным качествам армейского грузовика.
- Я горд своей службой в ВДВ, - отмечает Андрей Борисович. – Это была лучшая школа жизни. Со многими однополчанами поддерживаю связь и до сегодняшнего дня. Армейских друзей разбросало по странам некогда огромного Союза, но нас продолжает объединять десантное братство.
